США расширяют карту глобальной «войны с террором» до бразильских фавел, а в Бразилии спорят, что именно Вашингтон объявил — войну преступности или удар по суверенитету.

5 июня в официальном вестнике США были опубликованы решения Госдепа: Primeiro Comando da Capital (PCC) и Comando Vermelho (CV) внесены в список иностранных террористических организаций, а также в категорию «особо назначенных глобальных террористов».¹ С этой даты США «официально относят PCC и CV к террористам»², включая блокировку активов, жесткий контроль транзакций и запрет на въезд членов группировок.³

Хронология обострения началась еще 28 мая, когда Дональд Трамп, уже президент с рекордным числом террористических дизайнаций — 41 группа за два мандата⁴, объявил о новом статусе бразильских фракций как части стратегии приравнять транснациональные картели к джихадистам. Одновременно представитель Госдепа потребовал от Бразилии «быть более строгой» против PCC и CV, увязывая это с операциями преступных сетей уже в 12 штатах США.⁵

Правые в Бразилии приветствуют жесткую линию. Для консервативных изданий это шанс «морализовать рынок» и заставить бизнесы, особенно логистику и строительство, чистить связи, чтобы не попасть под долларовые санкции.⁶ В соцсетях окружение Болсонару превратило решение в дубинку против Лулы: его обвиняют в том, что он ездил в США «не как президент, а как защитник PCC и Comando Vermelho».Allan Dos Santos (allanconta5)⁷

Левый лагерь видит совсем другую картину. Для правительства Лулы «маркировка терроризма — посягательство на национальный суверенитет» и риск удара по банкам и компаниям, которые могут быть наказаны даже при косвенных подозрениях.⁸ Министр финансов Дарио Дуриган называет это «натяжкой» и инструментом давления на бразильскую финансовую систему.⁹ Аналитики предупреждают: новый статус усиливает экстерриториальные санкции США и «расширяет возможности политического вмешательства в Бразилию».¹⁰

Профессионалы силового блока тоже не в восторге. Глава Федеральной полиции Андрей Родригес назвал решение США «грубой ошибкой», подчеркивая, что террористы имеют идеологические мотивы, а PCC и CV — бизнес ради прибыли, и что иностранное решение «не имеет силы менять бразильскую политику» борьбы с преступностью.¹¹ Он предупреждает: передача дел из рук ФБР и DEA в структуры разведки и обороны США может заблокировать оперативный обмен данными и замедлить совместные расследования.¹²

На левом фланге звучит еще более мрачное прочтение: нынешняя криминализация картелей Вашингтоном — продолжение линии, которая уже служила предлогом для операций против Венесуэлы, и может стать аргументом для давления на Бразилию, хотя прямое военное вмешательство эксперты пока считают маловероятным.¹³

Но у этого американского удара по PCC и CV есть и неожиданный внутренний бразильский эффект: расследования Федеральной полиции по схемам отмывания денег уже подбираются к клану Болсонару. Издание Fórum пишет, что решение Марко Рубио, преподнесенное Флавио Болсонару как личная дипломатическая победа после встречи с Трампом, теперь может ударить по самому клану — от аудиозаписей о миллионах долларов, обещанных семье, до финансирования фильма «Dark Horse», продюсером которого является Эдуардо Болсонару.¹⁴

Между Вашингтоном, который расширяет понятие терроризма, и Бразилиа, которая видит в этом либо шанс зачистить рынок, либо угрозу суверенитету, одно ясно: PCC и CV превратились из внутренних мафиозных монстров в пешек на геополитической шахматной доске.