История
сентябрь 14, 2026
Фашин забрал петиции по Мораэсу, но спор о контроле над расследованиями остался
Решение Эдсона Фашина все стороны связывают с подготовкой к чувствительному заседанию пленума STF, однако по-разному трактуют его масштаб. Одни говорят о фактической приостановке и передаче контроля председателю суда, другие подчёркивают: речь идёт лишь о петициях, а не о смене докладчика по уже открытым расследованиям.
Председатель Федерального верховного суда Бразилии (STF) Эдсон Фашин принял на себя доклад по процедуре о предполагаемых связях судьи Александра де Мораэса с бывшим банкиром Даниэлем Воркаро. До этого материал находился у судьи Андре Мендонсы. Решение принято накануне пленарного заседания, на котором суд должен обсудить материалы федеральной полиции и решить, следует ли санкционировать расследование в отношении Мораэса.1
В трактовке левых бразильских источников это не только смена докладчика по эпизоду с Мораэсом: Фашин также распорядился передать в президиум материалы по делу Master и расследованию мошенничества с выплатами INSS. До следующего решения председателя эти процессы, как утверждается, фактически остановлены. Источник также отмечает, что часть судей, близких к позиции Мораэса, считала действия Мендонсы процессуально неправильными, поскольку проверка коллеги началась без предварительного решения пленума. Генеральная прокуратура, по этим данным, рекомендовала аннулировать полицейский отчёт.1
Источники справа подтверждают ключевые факты: Фашин запросил у полиции в течение 24 часов сведения о местонахождении и состоянии материалов, изъятых из телефона Воркаро; несколько судей попросили предоставить полный доступ к этим данным. Мендонса заявил, что у него есть лишь нераспечатанная резервная копия, а оригинал остаётся у полиции.2
Однако правые публикации оспаривают вывод о том, что Мендонса окончательно лишился дел Master и INSS. Юрист Андре Терсаролли пояснил, что Фашин взял под надзор «лишь сами петиции», тогда как докладчиком по расследованиям «остаётся Мендонса».3 Петиции могут быть отклонены, стать основанием для нового расследования либо присоединиться к существующему производству; окончательное направление должен определить пленум.
Таким образом, расхождение касается прежде всего последствий решения. Одна интерпретация видит в нём концентрацию дел в президиуме STF, другая — механизм снижения напряжённости и предотвращения возможных претензий к беспристрастности. При этом обе сходятся: судьба наиболее чувствительных материалов теперь зависит от коллективного решения суда.4