Апостольский нунций в США Габриэле Качча на панели Джорджтаунского университета призвал не считать техническую возможность достаточным оправданием для внедрения ИИ. По его словам, обществу необходим «моральный голос»: «Не всё, что возможно сделать, должно быть сделано. Не всё, что предлагает технология, должно быть принято».¹

Главная граница, которую проводит Качча, касается решений о жизни, смерти и других необратимых последствиях. Он предупреждает, что передача таких полномочий машине размывает ответственность: «Если жизнь и смерть решает машина, а не человек, кто несёт ответственность?»¹ В изложении энциклики Magnifica Humanitas позиция ещё жёстче: моральное суждение нельзя свести к вычислению, поскольку оно предполагает совесть, личную ответственность и признание другого человека личностью; поэтому смертельные или необратимые решения не следует доверять искусственным системам.²

Опасения нунция выходят за пределы военной или медицинской сферы. Он указывал на алгоритмы, которые из-за предвзятых данных могут ограничивать доступ к лечению, работе и безопасности, создавая новые формы исключения.¹ Вместо готовых политических рецептов Церковь предлагает диалог с инженерами, бизнесом и обществом — и призыв «разоружить» ИИ, то есть подчинить его общему благу, а не только эффективности или прибыли.²

При этом участники технологической дискуссии не отвергают саму технологию. Джоэл Чакра отметил, что инновации способны быстрее помогать наиболее уязвимым людям, а Сара Андерсон рассказала об использовании ИИ для сокращения административной нагрузки в приходах — чтобы у сотрудников оставалось больше времени на служение людям.³ Артур Брукс сформулировал общий выбор так: ИИ «может лишить нас нашей подлинной человечности или улучшить нашу жизнь».³

Таким образом, спор идёт не о запрете ИИ, а о распределении ролей: технология может помогать человеку, но, по мнению католических лидеров и части отрасли, не должна заменять его совесть, связь с другими людьми и ответственность за последствия.