Новые руководящие разъяснения Верховного народного суда Китая переводят споры вокруг генеративного ИИ из области общих рисков в конкретные судебные критерии. Центральным условием становится согласие: нельзя создавать или распространять узнаваемые цифровые копии другого человека — включая лицо и клонированный голос — без его разрешения.¹

Такой подход одновременно защищает личные права и задаёт границы для быстро растущего рынка ИИ. В правилах упомянуты не только дипфейки, но и ценовая дискриминация с помощью алгоритмов, а также ложная информация, созданная нейросетями. Отдельно предусмотрена возможность защиты для человека, чьё изменённое изображение использовали для распространения ложных порочащих обвинений.¹

Второй опорой новой модели становится ответственность сервисов. Поставщики ИИ-услуг могут отвечать по закону, если после уведомления не примут оперативных мер против контента, нарушающего чужие права. Тем самым обязанность не ограничивается авторами дипфейков: платформы рассматриваются как участники предотвращения ущерба.²

В изложении судебных правил акцент сделан на балансе, а не на технологическом запрете. Зампредседателя суда Тао Кайюань охарактеризовала цель как стремление «сбалансировать развитие и безопасность».² Это продолжает уже сложившийся курс: в 2023 году в стране вступило в силу регулирование «глубокого синтеза», а позднее были введены требования к маркировке ИИ-материалов. Сообщается и о практическом масштабе проблемы: суды Гуанчжоу за три года рассмотрели около 700 дел, связанных с ИИ-«кражей лица».²

Таким образом, обе публикации сходятся в главном: Пекин связывает законность цифровой имитации прежде всего с волей самого человека. Различие в акцентах состоит в том, что одна подчёркивает перечень новых рисков и способы судебной защиты, а другая — развитие прежней регуляторной базы и ответственность платформ.