Сделка века между США и Ираном все никак не родится: война тянется, Ормуз душит мировую торговлю, а политики по обе стороны залива играют в «кто моргнёт первым».
Хронология торга
С конца мая Вашингтон уверяет, что «близок к соглашению» о прекращении войны и запуске ядерных переговоров, но Тегеран публично не подтверждает ни один текст без своего финального слова и уведомления Пакистана — посредника диалога.1 На рынке тем временем гуляют различные версии «рамочного» меморандума о перемирии и ядерной программе, от раскрытия Ормуза до схемы разморозки иранских активов на десятки миллиардов долларов.2
29 мая Дональд Трамп собирает команду безопасности в Situation Room, обещая «окончательное решение» по войне и настаивая: Иран никогда не должен получить ядерное оружие, а Ормуз «должен быть открыт немедленно, без пошлин».3 Но после двухчасовой встречи президент выходит без вердикта: перемирие и перезапуск пролива обсуждаются, а Тегеран пока не принимает жесткие ядерные условия.4
Параллельно США заявляют, что меморандум уже почти согласован и должен продлить прекращение огня на 60 дней и снять ограничения в Ормузе в обмен на разминирование и снятие американской блокады,5 а левоцентристские источники в Бразилии описывают проект как набор взаимных уступок по проливу и замороженным активам, при этом обе стороны продолжают наносить «спорадические удары», рискуя сорвать хрупкую передышку.2
30 мая Вашингтон демонстрирует «кнут»: Пентагон заявляет, что «готов возобновить атаки» по Ирану, если соглашения не будет,6 а американские силы выводят из строя очередной коммерческий корабль, пытавшийся прорвать блокаду, на фоне заявлений Тегерана о «полном контроле» над Ормузом.7
Трамп: от ультиматумов к «нет спешки»
На правом фланге бразильской прессы Трамп рисуется холодным стратегом: он говорит, что «медленно, но верно» добивается своих целей, хвастается, что США «получают то, что хотят», и обещает решить кризис силой, если Иран отступит.8 В другом материале тот же поворот подается как резкий разворот: от угроз «гибели целой цивилизации» в случае неоткрытия Ормуза — к мантре, что у него «нет спешки» и что поспешный мир — плохой мир.9
Левоцентристские издания, напротив, фиксируют внутренние противоречия: экономика США позволяет Трампу тянуть время, тогда как рост цен на топливо бьёт по его союзникам и по шансам республиканцев на промежуточных выборах.9
Тегеран: никаких уступок без гарантий
С иранской стороны картина зеркальная. Спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф требует твердых гарантий исполнения — без чётко обеспеченных прав иранского народа и разморозки как минимум 12 млрд долларов соглашения не будет.10 Дипломатия Тегерана подчеркивает, что именно он объявит любой финальный текст и что параллельно готовился собственный 14‑пунктный план завершения войны «на всех фронтах», включая Ливан.2
1 июня МИД Ирана усиливает ставки: любое соглашение с США теперь напрямую увязано с «эффективным прекращением огня в Ливане», а Вашингтон обвиняется в нарушении перемирия после ночных ударов по иранской территории.11 Ядерное досье, подчеркивает Тегеран, официально даже не на столе: приоритет — остановить войну, тогда как Трамп уже отчитывается о якобы полученных гарантиях ненаращивания ядерного оружия.11
Так формируется парадокс нынешнего момента: Вашингтон продаёт миру почти готовую сделку, Тегеран требует гарантий и регионального прекращения огня, Ормуз остаётся инструментом шантажа — а реальная цена срыва будет выставлена не политикам, а мировым потребителям топлива.